Очередной десант Тобольского драмтеатра в областном центре прошёл стремительно и блестяще.

Операция по захвату зрительских симпатий на сцене Дворца железнодорожников завершилась на спектакле знаменитого возмутителя спокойствия Юрия Полякова "Одноклассники" в постановке В. Медведева. Тоболяки ударили по бездорожью нашего нравственного пространства, где властвует полукриминал и безмолвствуют прикормленные полурабы. Трудная это миссия - осмыслить жизнь вокруг тебя, когда еще не устаканились амбиции, не выкристаллизовались взвешенные оценки происходящего. Но не сидеть же сложа ручки в ожидании, когда время, которое "судья всему", накропает свои нелицеприятные приговоры?.. Уже досиделись до того, что европейские школьники уверены, что во Второй мировой победила …Америка.

Был когда-то дружный класс. Были два мальчишки, влюблённых в отличницу Светку (актриса Наталия Пономарёва). Оба прошли Афган. "Чермету" (артист Павел Жук) пофартило. На то он и Черметов Виктор (значит, победитель). Блестящая карьера местного олигарха, немеряные бабки, вот уж и пост мэра маячит. Другому не повезло - встречает Ваня Костромитин (артист Сергей Радченко) свой сороковник в инвалидной коляске в виде живого "баклажана" под присмотром старенькой матери.

Приезжают одноклассники на юбилей. Один даже из Австралии с кенгурятиной под мышкой примчался, "Липа" (артист Константин Орлов), чтобы похвастаться своими предпринимательскими успехами (как оказалось, липовыми). Пожаловала и областная королева красоты (артистка Лиана Токарева). И батюшка местный (засл. артист РФ Олег Исаков). И школьная любовь Ванина пришла - Светочка-отличница. Только судьба выпускницу МГУ не балует. Муж сбежал с кредитом, оставив ее с дочерью на "счётчике". Придётся, видимо, в ножки олигарху-однокласснику падать. Тем более что не чужие…

Смотришь и диву даёшься - как жизнь разбросала бывших одноклассников, как изменила судьбы перестройка…

За праздничным столом постепенно, словно под лучами рентгена, начинает высвечиваться нутро каждого гостя на пиру.

Хоть и благороден олигарх Чермет, помогающий и другу своему, и церкви, и своей однокласснице, да только гуляют слухи, будто конкурента по бизнесу отправил на небеса при помощи тротилового эквивалента.

Он и невесту своего друга "проводил" незадолго до свадьбы. Не удержался - хоть и дружок, а всё-таки соперник в любви. Да и на Светку затмение нашло - головка закружилась на мгновение. Когда одумалась, выгнала кавалера. Ване, конечно, покаялась, когда в отпуск из Афганистана приехал. И тем самым приговорила парня к досрочному возвращению в часть и к тяжелейшему ранению, равному самоубийству…

Дочку на себя записал сокурсник. Он же прикрыл грех свадьбой. А через два десятка лет слинял украдкой к новой жене, оставив прежнюю разбираться в финансовых неурядицах.

Чермет готов помочь. Правда, перед этим не прочь джентльмен покуражиться, стриптиз потребовать, оплаты натурой. Причём в присутствии калеки, не способного двигаться, говорить, мыслить… А потом выясняется, что и счётчик с его ведома подстроен в отместку за то, что предпочли ему другого. Правда, когда узнаёт олигарх от своей школьной любви, что является отцом Светланиной дочери, сокрушается, почему раньше не сказала. Выясняется, что долгие годы он любил и продолжает любить свою одноклассницу.

"Ведь я был бы другим!" - посыпает свою голову пеплом олигарх.

Каким же? Не способным нанести другу предательский удар в спину? Не сумевшим "прихватизировать" в единоличное владение металлургический комбинат, который вся страна строила две пятилетки?

Сценография Алексея Паненкова превращает скромную квартиру афганца в пантеон российской воинской славы. То ли фотографии на белых стенах, то ли каменные плиты с георгиевскими ленточками на уголках. Образы сцены, костюмы персонажей выводят нас за рамки повествования, придают пьесе эпическую объёмность. Почему на олигархе черно-оранжевый галстук? Почему на госте из Австралии смешная шапочка, выполненная в тех же патриотических тонах? Это поневоле заставляет задуматься о величии российских побед и еще о том, как распоряжаются потомки плодами славных свершений. А потомки выкраивают себе патриотические галстуки в черно-оранжевую полоску. Или полосатые каторжные шапочки для райской жизни на бывшей английской каторге вдалеке от России и ее проблем. Как тут не вспомнить о георгиевских ленточках на наших автомобилях или о русских кварталах в европейских столицах?..

Помнится, тургеневские женщины всегда совершали выбор нареченного, исходя из высших этических принципов. Их избранники - герои, совершающие общественно значимые подвиги во имя высоких идеалов добра и справедливости.

Вот и поляковской Светлане в лучших традициях русской классики предстоит совершить свой нелёгкий выбор.

Она отчётливо сознаёт, что признать перед всеми отцовство Чермета - это добить Ивана, которого она уже однажды убила.

Финал. Кульминация. Светлана готовится сказать одноклассникам что-то очень важное. Этого ждёт и продвинутая дочка, которую новообретённый папаша уже начинает баловать подачками. И сам Чермет предвкушает торжество победы, потому что признание наедине уже получил. Не хватает только цирковой барабанной дроби.

Но, как говорится, если ружьё висит на сцене, оно должно выстрелить. И оно-таки стреляет.

Увы, не встает с кресла чудесным образом исцелённый Ваня, чтобы встать на пути у подлости. Искалеченный воин по-прежнему обречён оставаться беспомощным "баклажаном". Но вся сумма добра и благородства, оставленная им когда-то в душах одноклассников, перевешивает. Светлана публично признаёт отцовство …Ивана.

Решающее слово произнесено.

Шаг сделан. Мосты сожжены. Узел разрублен. Жребий брошен. Рубикон перейден. Как много, оказывается, в языке конструкций, обозначающих по сути одно - поступок, определяющий твою судьбу, шаг, исключающий возможность возвратить "статус кво".

Светлана совершает этот поступок. Преданная и предавшая жена разрывает цепь предательств, опровергает библейскую истину - "единожды предав...".

Какие будут оценки? Двойку вкатим отличнице за дурость? Или пятёрку за подвиг?

Выбирая Ивана, она взваливает на плечи тяжкий крест сиделки при живом трупе. К сему предстоит и разрыв с дочерью, которая уже знает, кто ее настоящий отец. Вряд ли продолжит свою материальную поддержку нищей учительше посрамлённый Чермет.

Жёсткий финал поляковской пьесы выводит зрителя на космическую орбиту обобщений. Ставит ребром вопрос, который мучает не одно поколение художников. Смывается ли кровавая каинова печать? Или предатель обречён на вечную расплату без прощения?

Герой нашумевшего лунгинского фильма "Остров" сумел совершить невозможное - всей своей жизнью предатель, расстрелявший друга, искупает тяжкое преступление и поднимается до высшего проявления святости - дара исцелять страждущих.

Оставляет для Светланы свет в конце тоннеля и постановка Медведева.

Да, мы воспитаны традиционным укладом. Для нас категорическим императивом звучат слова героя повести Василя Быкова "Сотников". "Не лезь в дерьмо - не отмажешься!" - бросает он напоследок своему товарищу, перед тем как шагнуть в петлю на площади в час публичной казни.

Участь Рыбака, идущего на сотрудничество с гитлеровцами, чтобы потом отомстить врагам, не прельщает Сотникова.

Да и мы, оплакивая героя, без сожаления расстаёмся с Рыбаком, повесившемся на ремне в солдатской уборной...

И всё же...

"Каину дай раскаянье!" - взывает к небесам в своей молитве поэт-фронтовик Булат Окуджава.

Где-то в сибирских лесах покоится прах военнопленных, которых Родина за фашистские лагеря наградила сталинскими лагерями, отметив навсегда несмываемой каиновой печатью... Не слишком ли сурова расплата?

Возможна ли переоценка нравственных ценностей?

На этот вопрос нет вербального ответа. Каждый отвечает своей жизнью...

Может быть, стоило завершить этот спектакль немой сценой в гоголевском духе, но и радостные рассуждения одноклассников о том, что Ванина жизнь не прошла впустую и получила своё продолжение, тоже не самый плохой финал постановки. Актёрские работы были убедительными. И красноречивыми свидетельствами тому служат аншлаг и шумные аплодисменты тюменских зрителей.